Ваши семейные и частные права в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) – новые тенденции

Ваши права на частную и семейную жизнь в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) - новые тенденции

Конвенция о защите прав  человека и основных свобод  1950 года предусматривает механизм рассмотрения индивидуальных жалоб, то есть гражданин может подать жалобу в ЕСПЧ, при условии соблюдения определенных условий. В 2018 году ЕСПЧ вынес 248 постановлений по жалобам, поданным против России, в 238 постановлениях было констатировано нарушение той или иной статьи Конвенции.   Статья 8 Конвенции предусматривает защиту  семейной и частной  жизни, причем эти права понимаются весьма широко.  В случае признания нарушения той или иной статьи Конвенции,  ЕСПЧ  вправе присудить заявителю компенсацию морального вреда.  В ряде случаев постановления ЕСПЧ привели к  изменению законодательства (см. статью о влиянии постановления “Штукатуров п. России”).

Вопрос усыновления ребенка без согласия его отца стал предметом рассмотрения в постановлении от 20 апреля 2021 года по делу  “Налтакян п России” (жалоба 54366/08 была подана в октябре 2008 года). Заявитель был введен в заблуждение его женой о том, что их новорожденный ребенок умер; жена отказалась от ребенка и подделала подпись заявителя на согласии об отказе от ребенка в присутствии главврача больницы. Ребенок был  передан под опеку супружеской паре, но когда  супруги обратились в суд с иском о лишении заявителя и его жены родительских прав, заявитель узнал о том,что ребенок жив. Он обращался в судебные и административные органы с тем,чтобы вернуть ребенка, но в итоге суд первой и апелляционной инстанций отказали заявителю на том основании, что разлучение ребенка с людьми, которых он считал своими родителями,  противоречит интересам ребенка. ЕСПЧ в длинном, на 46 страницах, постановлении, пришел к выводу,что компетентные органы не пытались достичь баланса законных интересов стороны и что имело место нарушение ст. 8 Конвенции.

В  постановлении от 1 декабря 2020 года по делу “Махмудова  п. России”  (жалоба №61984/17) предметом рассмотрения был вопрос исполнения судебного решения о возвращении детей в Эстонию, вынесенного Пятигорским городским судом 20 июля 2016 года. Суд пришел к выводу, что российские компетентные органы не приняли необходимых мер для своевременного исполнения решения о возвращении детей или, по крайней мере, для обеспечения  их регулярного контакта с матерью, чтобы сохранить перспективы исполнения решения (12.500 евро  компенсации).

В постановлении от 1 декабря 2020 по делу “Евгений Дмитриев п. России”  (жалоба №17840/06)  года ст. 8 Конвенции рассматривалась с точки зрения права на частную жизнь в широком смысле. Так, ЕСПЧ усмотрел нарушение в том, что на первом этаже  дома, в котором находилась квартира заявителя, был размещен пункт полиции и следственный изолятор, что негативно влияло на обстановку во дворе дома (постоянный шум и грязь).Компенсация  заявителю 5000 евро.

В постановлении по делу Абалымов п. России  (жалоба 17142/18) от 13 октября 2020 года  по поводу судебного решения об определении места жительства троих детей ЕСПЧ указал, что “национальные власти не исследовали  семейную обстановку и сопутствующие факторы в комплексе, и не привели убедительных причин, почему раздельное проживание детей (старшей дочери – с отцом, младших близнецов – с матерью), несмотря на их сильную эмоциональную привязанность, было необходимым.  Компенсация морального вреда заявителю в размере 9800 евро. 

В постановлении по делу “Губашева и Ферзаули п. России”  от 5 мая 2020 года длительное (4,5 года) неисполнение судебного решения об определении места жительства ребенка с матерью было признано нарушением права на семейную жизнь по ст. 8 Конвенции. 

В постановлении по делу “Илья Ляпин п. России” от 30 июня 2020 года (жалоба №70879/11) ЕСПЧ пришел к выводу, что лишение заявителя родительских прав и последующее усыновление сына заявителя, с которым Илья Лапин не поддерживал никакого контакта в течение семи лет, отчимом, не составило нарушения ст. 8 Конвенции.

Понимание концепции “семейной жизни” стало предметом рассмотрения в деле “Фатхутдинов п. России” (постановление от 29 сентября 2020 года, жалоба №36335/18).  Заявитель на протяжении шести лет воспитывал сына, как выяснилось,  он не являлся биологическим отцом. В апелляционной и кассационной жалобах на  решение Стерлитамакского городского суда об оспаривании отцовства и исключении сведений о нем как об отце ребенка из записи акта о рождении, заявитель ссылался на Постановление Пленума ВС от 16 мая 2017 года №16 “О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных с установлением происхождения детей”,  п.29 которого, принятый под влиянием постановления ЕСПЧ по делу “Назаренко п. России” , предусматривает, что “в исключительных случаях, в целях обеспечения интересов ребенка… а также с учетом конкретных обстоятельств дела ….суд может отказать в иске об оспаривании отцовства”. Однако Верховный суд Республики Башкортостан  счел ссылку на данное Постановление необоснованной.  ЕСПЧ установил , что запрет общения с ребенком нарушает право заявителя на семейную жизнь.

В феврале 2020 года  в постановлении по делу “Y.I. v. Russia” (жалоба №68868/14) мать наркоманка была лишена родительских прав,  старшего ребенка передали под опеку отцу, двух младших детей поместили в детский дом.  Российские власти не смогли доказать необходимости применения самой суровой меры ответственности – лишения  родительских прав, при том, что в российском законодательстве предусмотрены и другие меры (20 000 евро компенсации заявительнице). 

В октябре 2019 года было вынесено постановление по делу “Зелиха Магомадова против России” (appl. No 58724/14)в котором речь шла о лишении родительских прав овдовевшей женщины по инициативе родственников ее умершего мужа. Суд пришел к выводу, что имело место нарушение ст. 8 Конвенции.  Лишение родительских прав как мера защиты интересов детей должна применяться в исключительных случаях, в данном деле лишение родительских прав не было  мерой,  “необходимой в демократическом обществе”(30 000 евро компенсации и 9 000 евро за судебные расходы. 

В июне 2019 года было вынесено постановление по делу “Владимир Ушаков п. России” (жалоба № 15122/17). Заявитель проживает в Финляндии, у него родилась дочь в браке с российской гражданкой. После расторжения брака мать ребенка уехала с ним в Россию. Дзержинский районный суд Санкт-Петербурга вынес решение о возвращении ребенка к отцу в Финляндию как в государство ее обычного места проживания, но суд апелляционной инстанции решение отменил, квалифировав  состояние здоровья ребенка как исключение по ст.13 (b) Гаагской конвенции 1980 года. ЕСПЧ указал, что  суд апелляционной инстанции применил Гаагскую конвенцию  1980 года таким образом, что право заявителя на семейную жизнь не было должным образом обеспечено-компенсация морального вреда 16.000 евро.  

В апреле 2019 года было вынесено  постановление по делу “В.Д. и другие п. России” (V.D. and others v. Russia, жалоба № 72931/10), в котором Суд указал, что российское семейное законодательство  в части права на личные контакты с ребенком, является устаревшим, так как не наделяет правом на личные контакты с ребенком приемных родителей, у которых ребенок воспитывался с рождения до 9 лет. 

В марте 2019 года Суд вынес постановление по делу “Богоносов п. России (жалоба № 38291/16). Суд еще раз подчеркнул, что между бабушкой и дедушкой и внуками может быть семейная жизнь, если между ними существуют достаточно тесные семейные связи (sufficiently close family ties).  Невозможность заявителю восстановить право на общение с внучкой после вынесения решения об ее удочерении  (возможное по ст. 137 Семейного кодекса) нарушает право заявителя  на семейную жизнь. 

 

Отстаивайте Ваше право на семейную и частную жизнь в Европейском суде по правам человека. Помните, что около 90% поданных жалоб признаются ЕСПЧ неприемлемыми, поэтому Вам необходимо профессиональное сопровождение для подачи жалобы

Юрист ЕСПЧ

Контакты

+7 977 366 13 76
familylawyer.expert@gmail.com
expert_family_lawyer